День Примирения. Как он есть от нас далек…

Написати коментар 8
Версія для друку 

Вот и снова накануне Дня победы в обществе дискутируется тема примирения ветеранов Великой Отечественной и ОУН-УПА. В очередной раз Президент Виктор Ющенко повторяет свой тезис об испанском примере. Хрестоматийный испанский пример…

Долина Павших – венчающийся 150-метровым крестом и раскинувшийся на 1,3 тыс. га мемориал жертвам гражданской войны 1936 – 1939 гг. в десяти километрах от резиденции испанских королей Эскуриала, построенный и открытый в 1959-м самим Франко. Нам именно такое нужно создать? И кто будет Каудильо (или диктатором, если угодно) Франсиско Франко Баамонде, что воздвигнет православный крест и упокоит на одном поле павших с обеих сторон?

Как ни удивительно, но примирение наиболее просчитываемо в случае прихода к власти именно диктатора. А нам нужен диктатор?

Противники примиренческой политики нынешнего руководства страны добровольно не отступят никогда. «Заимствовать испанский опыт в нашем контексте означало бы отказаться как от героизации ветеранов Великой Отечественной, сломавших хребет гитлеровскому фашизму, так и вояк УПА, стрелявших им в спину и не освободивших от фашистов ни одного села или города и не выигравших ни одного сражения. Руки прочь от Великой Победы!», - писал под красноречивым заголовком «Господин Президент Украины, не надо нас дурить накануне 60-летия Великой Победы!» три года назад небезызвестный коммунист Юрий Соломатин, прославившийся в околонаучном мире открытием, что Голодомор вызван происходившими в те годы солнечными бурями.

Примиряться, оказывается, намного тяжелее, нежели воевать. В России, к слову, в обществе давно дискутируется тема примирения над прахом погибших в гражданской войне 1917 – 1923 гг. Войне, заметьте, после которой (не в пример Великой Отечественной или Второй мировой, коль угодно) живых участников уже не осталось. Казалось бы, дети и внуки-то уж могут помириться. Не тут-то было.

С одной стороны, российская власть, вернувшая как советский гимн, так и имперский триколор, всячески демонстрирует некую «преемственность» национальных ценностей: перезахоронение прахов императрицы Марии Феодоровны в Санкт-Петербурге и останков генералов Владимира Каппеля и Антона Деникина в Москве, личное участие Владимира Путина в объединении Зарубежной Церкви с Русской Церковью Московского Патриархата и т.д. С другой…

«В своем завещании Франсиско Франко заявлял, что он прощает всех своих врагов и от всего сердца сам просит у них прощения, - пишет Дмитрий Саввин в своей статье «О богоугодной брани и богомерзком мире. Тупики и соблазны общенационального объединения «по-путински». - Возможно ли хотя бы… представить себе Сталина, открывающего мемориал, посвященный всем жертвам гражданской войны – и белым, и красным?.. И если в 1976 г. в Испанию смогла вернуться и спокойно жить частной жизнью престарелая Д. Ибаррури (и не она одна), то белоэмигрантам возвращение в Россию как в 1945-м, так и 1953 гг. сулило, самое малое, лет десять лагерей».

Российский опыт показывает, что нет будущего у наших «примиренцев»,

думающих: «Пройдет еще несколько лет, отойдут на вечный покой ветераны ВОВ и ОУН-УПА, а дети и внуки их, ради процветания Отечества, протянут друг другу руки!». Не протянут. «Какое у нас, ныне живущих, есть моральное право «мирить» тех, кто, будучи жив, на такое примирение никогда бы не пошел?» - спрашивает Дмитрий Саввин. Ему можно ответить: моральное право как раз есть; но нет никакой надежды на успех.

Вернемся к испанскому опыту. Увековечением жертв в Долине Павших там дело не закончилось, а лишь началось. Уже после смерти Франко (в 1975-м) ВЕДУЩИЕ ПОЛИТИЧЕСКИЕ СИЛЫ страны подписали знаменитый «пакт Монклоа». Точнее, это был целый ряд пактов, которые заключило правое правительство с представленными в кортесах (законодательных собраниях) политическими силами. Содержание этих пактов было очень широким – от гарантий свободы прессы до обязательства отменить ряд законов прошлой власти (например, об уголовном наказании за внебрачное сожительство). Символами «пакта Монклоа» стало рукопожатие лидеров франкистов и коммунистов, а также фраза генсека испанской компартии Сантьяго Каррильо о республиканском флаге: «Ни один кусок раскрашенной материи не стоит того, чтобы испанцы вновь проливали кровь испанцев».

Преувеличивать значение пакта не стоит (уже через пять лет в стране произошла попытка государственного переворота), но главное – не стоит сбрасывать со счетов, что «Монклоа» был подписан В УСЛОВИЯХ ЭКОНОМИЧЕСКОГО ПОДЪЕМА (продолжительное время Испания занимала второе место в мире - после Японии - по темпам экономического развития), политическая активность масс была нижайшей и вопрос «спасения Родины» ни перед кем не стоял. Уже в 80-х прошлого века к власти в Испании пришли социалисты. По сути, политические наследники революционеров, которых победил в гражданской войне генералиссимус Франко. И что?

А что может случится в примирившейся стране?

Из вышесказанного любой школьник может сделать выводы:

1. Для того, чтобы примирение в Украине состоялось, необходимо, чтобы не ветераны ВОВ и ОУН-УПА подали друг другу руки, а ВСЕ ВЕДУЩИЕ ПОЛИТИЧЕСКИЕ СИЛЫ сделали это. В смысле, вместо чтоб обвинять друг друга в «фашизьме», «комунизьме», «бандэрризьме» и прочих «изьмах» соперничали исключительно на экономическом поприще, исключительно им, экономическим поприщем, и занимаясь.

2. Когда страна достигнет ЭКОНОМИЧЕСКОГО ПОДЪЕМА, можно объявлять о примирении президентским указом, постановлением парламента, распоряжением Кабмина – как угодно – и открывать совместный мемориал.

Заставит ли указ (постановление, распоряжение) оставшихся в живых ветеранов искренне пожать друг другу руки? Нет, естественно. Но они будут хотя бы счастливы, что оставляют внукам процветающую страну, за которую они всяк по-своему сражались.

Как заставить политические силы побыстрее сделать свое дело, чтобы до этого дня дожили наши ветераны? А вот здесь не поможет никакой испанский опыт. Нужно просто желание работать, а не верещать лозунги.

И все.